Не такие, как все

20.02.2023 09:00

В конце 50-х-начале 60-х в янтарном крае развернулась борьба со стилягами

Вообще воевать с ними начали еще при Сталине - в рамках кампании по искоренению в СССР космополитизма. А само слово «стиляга» родилось благодаря журналу «Крокодил». В его номере за 10 марта 1949-го вышел фельетон под таким названием. И там был описан явившийся на танцы юноша, имевший «изумительно нелепый вид», развязные манеры, дикий жаргон вместо нормальной речи. А уж как он танцевал с подругой себе под стать! Короче, ничтожный тип, который «детально изучил все фоксы, танго, румбы, линды, но Мичурина путает с Менделеевым и астрономию с гастрономией». Так что окружающие обращались к нему не по имени, а пренебрежительно называли стилягой.

Краткий курс жизни «на стиле»

Сами они себя называли чуваками и чувихами. И «западный» Калининград был обречен на то, чтобы стать одним из стиляжьих центров. Причем в отличие от большинства других «стильных» городов в гардеробе калининградских стиляг зачастую были не самопальные («самострок»), а всамделишные «вещи с Запада», которые везли на продажу моряки. Они же доставляли из-за бугра пластинки с модными записями. А затем местные умельцы клепали с оригиналов копии - «ребра», пластинки, изготовленные на рентгеновских снимках. Качество записи там было еще то, однако выбирать не приходилось, и расходилась эта «музыка на костях» не хуже пресловутых горячих пирожков.
Кок, длинный пиджак с широченными плечами, сужающиеся книзу брюки-дудочки, из-под которых торчат носки всех цветов радуги, галстук-селедка, «шузняк на манке» (обувь на толстенной белой подошве). Привет, стиляга, пардон - чувак! У чувих - прически «как у актрис», яркие блузки и косынки, разлетающиеся короткие юбки («Выставила коленки напоказ, тьфу!»), чулки, туфли на шпильках.

Прежде всего стиляг обоего пола можно было встретить, конечно, на танцплощадках, где они отплясывали «стилем». К слову, уже в середине 50-х в наших краях знали последний буржуйский писк - рок-н-ролл. Ультрамодный танец, как одна из характерных примет времени, упомянут даже в легендарной повести о вилле «Эдит». Правда, название его писали еще иначе: «Откуда-то из глубины дома раздалась музыка - американский рокк-энд-ролл. Вольф повернулся в своем кресле, с ненавистью взглянул в сторону, откуда доносилась музыка. Брандт, напротив, весело притоптывал в такт…»

В каждом городе, где «заводились» стиляги, возникал и неофициальный топоним Бродвей или просто Брод. Место, где собирались чуваки и чувихи. Наши любили фланировать по проспекту Мира (до 4 ноября 1961-го - Сталинградский). Сердцем же калининградского Брода стал сквер между театром и библиотекой. «Тусоваться на Шиллере» - похоже, ноги у этого выражения растут еще из тех далеких времен.

Танцуйте как люди!

Реакция на появление у нас стиляг не заставила себя ждать. Их начали клеймить уже и в местной печати. Бичующие статьи, унижающие карикатуры, гневные письма. Скажем, вот что писал пенсионер В. Беляев: «В наше время не было той похабщины, которую видим на танцплощадках сейчас. Да ее и не могло быть, потому что молодежь приходила в то время на танцы с кровавыми мозолями. Парни и девушки приходили не кривляться и подражать какой-то моде, а отдыхать».

Ну, люди пожилые редко принимают молодежные увлечения. А что скажут представители среднего возраста? «Начались танцы, и мы были поражены нравами, царящими в заводском клубе. Несколько пар карикатурно одетых парней и девчат проделывали невероятные па. Смешно и стыдно было на них смотреть. Нам пояснили, что это рок-н-ролл. Мы с мужем простые люди: он работает шофером в совхозе «Васильково», я - на почте в Гурьевске. На танцах нам приходится бывать нечасто. Может, мы отстали от моды?»
Ладно, тогда предоставим слово ровеснику стиляг - молодому рабочему В. Добрякову с Балтийского рыбоконсервного комбината: «В нашем клубе многие танцуют красиво и правильно. И все-таки каждый раз можно видеть, как выламываются в диких па Фаина Елагина, Роман Овчинников, Кирилл Джагайский, Алла Крысина. В экстазе они могут сбить с ног человека, но извиниться и не подумают. Сколько раз говорили им: «Некрасиво со стороны-то смотреть, танцуйте как люди!» Однако на слова они внимания не обращают. Комсомольцы же дальше разговоров не идут. А нужно бы принять какие-то меры…»

Стиляга из колхоза и «столичные львы»

И меры принимались. Неформалов выгоняли с танцплощадок, дружинники стригли им волосы, резали одежду. Об их «аморальном поведении» сообщали по месту учебы или работы. «Дела стиляг» разбирались на комсомольских собраниях, особо зарвавшихся исключали из рядов ВЛКСМ.

Тем не менее стиляг становилось все больше. Их можно было уже встретить даже на селе. Так, в мае 1957-го агитбригада гусевского Дома культуры приехала в колхоз «Путь Ленина». Зал переполнен. И вот - гвоздь программы: световая звукогазета. На экране появляется очередной рисунок - парень в широченных брюках и тельняшке. «Колхозный стиляга Алексей Скременков. Работать в колхозе не желает, а только как красная девушка наряжается». Ой, смехота!..

А вот какая история случилась 65 лет назад. В 1958 году из Москвы к нам был переведен технический институт рыбной промышленности и хозяйства. Пришлось переехать и тем, кто учился в этом вузе (ныне - КГТУ). И возник особый вид стиляг - «столичные львы».

Всем видом они показывали, что в этой провинциальной глуши находятся временно. Даже сдать паспорта на прописку отказывались. Учились абы как, зато гуляли по полной. При этом пить толком еще не умели, сразу став завсегдатаями вытрезвителей. Однако и там пытались качать права: дескать, все вы тут «хамы», а мы - белая кость, «московские студенты» и требуем немедленно нас «соединить с Москвой».

Кончилось это большим собранием в КТИ. Одним «столичным львам» влепили выговоры, других исключили из комсомола. Самых же буйных отчислили из института. И ничто уже не мешало им возвращаться домой - в Москву, в Москву…

Меры приняло время

В мае 1958-го на экраны кинотеатров вышел детектив «Дело пестрых». Калининградская пресса откликнулась на премьеру: «Значительное место в фильме занимает проблема воспитания молодежи. Но эта тема остается в картине незавершенной. Хорошо, что там хлестко осмеиваются стиляги, юные пропойцы, кривляки. Однако нет даже и попытки вскрыть корни этих уродливых явлений».

Но у зубров местной журналистики тоже не очень-то получалось «вскрывать корни». Все обычно сводилось к «неправильным» одежде, прическам, танцам, жаргону, фланированию («хилянию») по улицам. Не за что там было больше, как правило, зацепиться. Самовыражалась молодежь - и все дела.

А между тем часто приходилось писать о молодых преступниках - пьяницах, дебоширах, ворах. И кто же это были? В основном - представители большинства, которые и одевались «правильно», и на голове носили идеологически верный полубокс…

Стиляжья мода менялась, вычурные, провокационные «прикиды» уходили в прошлое. На модников конца 50-х-начала 60-х зачастую уже просто приятно смотреть было. Стиляги становились стильными. Правда, большинство по-прежнему не принимало «эту публику», требуя «принять меры».

Но сколько ни боролись у нас со стилягами, а «меры» в итоге смогло принять лишь время. Менялись мода и музыка, менялась жизнь. И к середине 60-х стиляжье движение само по себе сошло на нет, уступая дорогу битломании. Потом были хиппи, панки, металлисты… Да много еще кого было. Однако никто больше не оставил после себя такого яркого следа, как стиляги.

Владислав Ржевский
Количество просмотров: 557